«

»

Май 11

Шагая по дороге предков

Фамилия Фукс известна в Уварове. Большая заслуга в том бывшего главврача больницы, заслуженного врача РСФСР, награждённого орденом Трудового Красного Знамени Николая Николаевича. Однако много добрых слов могут сказать жители нашего города и о его верной спутнице, единомышленнице и коллеге Надежде Григорьевне Фукс. 25 марта ей исполнилось 90 лет, но она до сих пор не утратила своей непосредственности, способности радоваться жизни и любому гостю, переступающему порог её квартиры…

Дверь мне открывает сиделка Надежды Григорьевны Татьяна Васильевна Милосердова:

— Ждём Вас, приоделись уже, фотографии достали…

Хозяйка встречает в большой комнате — действительно нарядная, улыбающаяся. С интересом расспрашивает меня о моей работе, жизни, возрасте. А потом с готовностью кивает в ответ на просьбу корреспондента поделиться своими воспоминаниями:

— Родилась я в селе Глазок нынешнего Мичуринского района. Давным-давно: тогда Мичуринск ещё Козловом был. Но жила там недолго. Мама, видишь ли, всё говорила: не хочу в деревне жить, и мы в Тамбов переехали, а потом в Воронеж: там моему отцу — военному — квартиру на самой Плехановской улице дали. Мама медицинский институт окончила, в её семье много медиков было…

Последние слова моей собеседницы подтверждает Татьяна Васильевна, которая назубок знает всю родословную своей подопечной и подписи на старых фотографиях. Бабушка Надежды и одна из родных сестёр её матери, Ольги Петровны, хотя специального образования не имели, ещё в революционные времена трудились сёстрами милосердия в Тамбовском госпитале Красного креста. Обе умерли от тифа. Ещё две родные тётушки героини этой статьи были профессиональными врачами, работали в Воронежском госпитале в сороковых годах прошлого столетья, погибли во время бомбёжки. Младший брат Ольги Петровны тоже пожелал стать доктором, но окончить мединститут не успел, ушёл на фронт и сгинул на полях сражений.

Наде исполнилось 14 лет, когда началась Великая Отечественная война. До этого жизнь девочки была безоблачной: в семье — достаток, даже была няня, присматривающая в основном за маленьким братишкой, родившимся в 1938 году и названным в честь Чкалова Валерием. А потом в небе загудели фашистские самолёты, земля вздрогнула и застонала от взрывов, город охватил страшный пожар. Отца уже не было с ними — его отправили в далёкую Елабугу обучать новобранцев. Надю, её маму и братишку, если не от верной гибели, то от множества страданий спас его товарищ:

— Он тогда в тех войсках воевал, что Воронеж обороняли. Забежал к нам домой — худющий, усталый: «Мы отступаем, завтра город будет сдан, уходите немедленно!». Так и пошли мы с толпой эвакуированных — пешком. Регистрировались в Анне, потом в Грибановке. Спали под открытым небом, почитай, на голой земле. Вещей-то с собой почти не взяли: времени на сборы не было, а потом много и не унесёшь — трёхлетний Валера на руках.

— Питались чем, Надежда Григорьевна?

— Когда военная кухня рядом оказывалась, подкармливали, а часто бывало… Придём в какое-нибудь село, я в двери стучу, милостыньку прошу — кусочек хлеба. Хорошо те дни помню, наверное, потому и сейчас ни одну корочку выбросить рука не поднимается. Не могу я хлеб в помойку…

Мама Надежды твёрдо решила пробираться к мужу, но потом изменила своё решение. В Среднем Шибряе Уваровского района встретила пожилую женщину. Та, расспросив о намерениях беженцев, справившись о профессии Ольги Петровны, покачала головой: «Зря, милая, в такую даль собралась. Может, мужа твоего в той Елабуге уж и нету. Ты детишек у меня оставь, да иди-ка в Уварово, нам врач ох как нужен!». Добрый совет оказался ко времени. Мать семейства направилась к военкому, тот немедленно связался с райздравотделом, сообщил: нового врача охотно примут терапевтом в местную больницу, предоставят жильё. Жизнь стала налаживаться, если, конечно, не считать, что её омрачило страшное известие о гибели главы семейства.

Ольга Петровна набиралась опыта, стала замечательным специалистом. Об этом мне рассказывает Татьяна Васильевна:

—  Не хватало всего: инструментов, медикаментов, но мама Надежды Григорьевны была гениальным пульмонологом — врачом, лечившим заболевания дыхательной системы. Сколько тогда людей гибло от экссудативного плеврита! А она могла спасти от смерти, при помощи простого шприца и дренажа откачивая жидкость из плевральной полости.

Сдавая выпускные экзамены в школе, Надежда о медицинском поприще ещё не думала. Малышкой она мечтала работать сторожем в колхозном саду: очень любила яблоки, хотелось наесться их до отвала. Позже желала стать инженером-строителем:

— В строительный и думала поступать. А девчонки-подружки дружно нахваливали медицинский. Так и подала документы в Саратовский мединститут.

Девушка оказалась на одном факультете со своим школьным товарищем Николаем Фуксом. Взаимная симпатия, зародившаяся ещё в Уварове, способствовала тому, что «отрабатывать диплом» молодые люди отправились уже вместе — одной семьёй. Их распределили в село Горная Колывань Алтайского края. Вместе они делали свои первые шаги в медицине, вместе любовались неописуемыми красотами предгорья. Но Уварово звало назад, и они вернулись.

Поначалу мест в больнице для супругов не нашлось. Николай устроился врачом во вспомогательную школу для глухонемых детей. Надежду пригласили на должность главврача противомалярийной станции Уваровской райСЭС. Она до сих пор помнит все водоёмы района и ту самую парижскую зелень, которой их обрабатывала, воюя с ненавистным малярийным плазмодием — возбудителем болезни. Была и паразитологом: боролась с аскоридозом и свиным цепнем. Позже поняла: от жизни и от профессии ей хочется чего-то большего. Не задумываясь, с полугодовалым сыном Коленькой на руках уехала на курсы специализации по профилю отоларингологии в Казань. Вернулась, порадовалась за мужа, которого к тому времени назначили исполняющим обязанности главврача Уваровской больницы (а некоторое время спустя и руководителем учреждения). Позже отучилась на рентгенолога, сменила должность лора на должность рентгенотерапевта. Бывало, подрабатывала фтизиатром, и вообще заменяла многих, уходящих в отпуск или на больничный врачей. Родила ещё одного сына, успевала выполнять обязанности и матери, и жены, и доктора. Будучи супругой главврача, никогда не пользовалась своим положением, даже служебную машину ни разу не попросила. С уважением относилась к мужу, который совмещал должность главврача с работой рентгенолога, умело организовывал лечебно-диагностический процесс.

По инициативе Николая Николаевича Фукса были открыты радиоизотопная лаборатория, эндоскопическое отделение, Уваровское медицинское училище. Все, кто помнят бывшего главврача, утверждают — его отличала высочайшая работоспособность. Казалось бы, обладая таким качеством, человек должен чуть ли не круглые сутки проводить на службе. Но в ответ на подобное предположение Надежда Григорьевна отрицательно качает головой:

— Уж какая важная работа там ни была, а чаще всего к семи вечера домой возвращался.

— Почему?

— А боялся, что я ругаться буду!

В глазах моей собеседницы бегают смешинки, вот и пойми: серьёзно она говорит или шутит? Вероятнее всего, дело не в боязни. Просто Николай Николаевич Фукс любил свою семью, уважал жену и детей и обладал особым талантом: с честью исполняя свой служебный долг, не забывать о долге мужа и отца. А на такой «подвиг» мужчина способен только ради настоящей, крайне ему необходимой и, может быть, даже великой женщины…

О.ХАРЛАМОВА. статья из газеты «Уваровская Жизнь»

Фото из личного архива Н.Фукс.